book4girls.ru

Глава 24. Так не бывает. («Почему он?»)


Кристина рассеянно водила трубочкой по дну пустого бокала, устремив взгляд на руки своего «товарища по незадавшемуся вечеру», заказывающего у бара новые напитки. «Красивые руки…» Не изящные ухоженные с длинными аккуратными пальцами, а настоящие мужские руки.

Видимо, из-за событий этого вечера на нее уже не наваливалось то раздражающее состояние, заставляющее ее чувствовать себя глупо и неуверенно рядом с ним, но новое состояние (уже не имеющее никакого отношения к Алексу) было немногим лучше, ибо это было состояние опустошенности.

Она не чувствовала ни злости ни ненависти к своему бывшему (возможно, эти чувства придут позже?) и уже не винила себя за наивность, с которой так быстро доверилась тому мудаку, но ощущала лишь какую-то тупую усталость. И было ощущение, что эмоции больше не живут в ней — их вытеснила пустота где-то по пути в этот бар, и те остались валяться на пустынной улице.

Кристина закрыла глаза и вздохнула. Как будто все это был сон. Разве так бывает в жизни? Разве такое могло случиться с обычной девушкой, живущей в обычном городе? Разве мог совершенно нормальный с виду парень, красивый и веселый, имеющий немало друзей, пойти на такое? Бред какой-то…

А сейчас? Она сидит в незнакомом баре с крайне малознакомым почти женатым мужчиной, который через минуту принесет ей второй коктейль, хотя раньше она никогда не пыталась уйти от проблем через опьянение. С ней ли все это происходит?

Кристина оставила в покое трубочку, сунула руку под столик, за которым сидела, и ущипнула себя под коленкой. Почему-то она решила, что там будет больнее, и, вообще говоря, оказалась права. Вот только «сон» никуда не ушел.

Расплатившись, Алекс взял напитки и вернулся за столик. До этого они не говорили: каждый молча и быстро покончил со своей порцией, после чего он только спросил девушку, вставая: «Тебе того же?» Она кивнула.

Теперь он сел, оперевшись на локти, пару секунд посмотрел на Кристину, слегка сощурив нижние веки, будто обдумывая что-то, и произнес почти без вопросительной интонации:

— Расскажешь?

И она рассказала. Рассказала все так же безэмоционально, будто рассказывала чужую скучную историю, и не пыталась как-то оправдать ни того, что послушалась наконец советов подруг, ни своего поспешного ныряния в постель Димы, ни своей неосторожности. Алекс слушал не перебивая.

— … а остальное ты видел, — закончила она.

— Если бы я знал об этом полчаса назад, сломал бы ему обе руки не задумываясь.

— И я бы, наверно, не стала тебе мешать.

— Ох, черт… Но я смогу сделать это позже.

— Не стоит. Связываться с такими…

— Если не связываться, они и будут продолжать считать, что все можно.

— Но ты видишь, какие у него… ну… связи? Это как минимум небезопасно. Тем более ты скоро женишься. Не надо рисковать здоровьем из-за меня.

— А это далеко не только из-за тебя. Лучше небезопасно для меня, чем небезопасно для моей будущей жены или моей будущей дочери, которых я буду бояться отпускать одних из дома из-за вот такого гнилья. Гниль надо вычищать, чтобы ее не развелось больше, не считаешь?

— Я не знаю… — Кристина правда не знала. С одной стороны, она была всеми руками за «вычищение» всяких ублюдков. Почему она и другие девушки (да и вообще все порядочные люди) должны жить с оглядкой на то, что вокруг немало насильников, воров, убийц, бандитов и прочего мусора? С другой стороны — «преподавая уроки» таким субъектам, можно нарваться на крупные неприятности, поставить под удар свою жизнь и жизни любимых людей…

Раньше, например, она думала, что каждый нормальный мужчина обязан бороться с несправедливостью в мире. Однако она уже знала, какова боль от потери близкого человека, и не считала женщин, не желающих отпускать своих мужей рисковать жизнью куда бы то ни было, глупыми курицами. Потому что этот эгоизм (нежелание ощутить боль потери любимого человека, нежелание оставить своих детей без отца) может быть неоправдан для дела наведения порядка и мира в мире, но вполне оправдан для конкретной жизни.

И она постаралась объяснить свою позицию Алексу.

— …т.е., я хочу сказать, что в конечном итоге будет лучше, если в нашем городе еще одна тварь получит по заслугам. Но вот конкретно для твоей жены и конкретно для тебя — для вашей жизни — игра не будет стоить свеч, если в результате тебе отомстит кто-то из его дружков. Осознание того, что ты сделал что-то правильно, никак не поможет при этом ни тебе, ни твоей жене.

— Ну, немного поможет.

— Ты понял, что я хочу сказать. Поэтому многие люди и делают выбор в пользу осторожности, потому что выбор для каждого конкретного человека как раз такой: либо жить осторожнее и помнить о плохом, либо бороться с бандитизмом, рискуя своим счастьем и счастьем своих близких.

— Разумно, но немного похоже на отсиживание в углу, пока они творят, что хотят.

— Так вот поэтому и нужно бороться с ними как-то умнее! Чистить взяточников в полиции, увеличивать ее штат, повышать мотивацию, вводить смертную казнь… И еще много чего можно сделать. А если заниматься этим в одиночку, это будет как пытаться выпить море: толку чуть, а вреда для себя же больше.

— Вот супермен так не думал, — голос и лицо Алекса все еще были серьезны, но у глаз появились маленькие морщинки. Он не имел ничего против серьезных разговоров, но считал, что сейчас девушке будет полезнее не думать об этом снова, а попытаться отвлечься. Кристина улыбнулась:

— Да-да, сменим тему на менее глобальные проблемы человечества.

Пару минут они поболтали ни о чем, после чего Кристина решила, что пришла ее очередь спрашивать. Она перестала улыбаться и после недолгого молчания поинтересовалась:

— А что случилось у тебя?

Алекс снова несколько секунд смотрел на нее (она уже привыкла к этому прямому беспардонному взгляду), прикидывая, что именно стоит рассказать своей новой знакомой, и решил, что подробностей ей знать не стоит. Не потому что не хотел рассказывать — очень хотел! — а просто потому, что это было бы некрасиво по отношению к той, на которой он решил однажды жениться.

— Я… мы поссорились с Элиной. Сильно.

— И ты уехал, чтобы остыть?

— Да.

— Знакомо, я тоже уходила гулять во время ссор. Правда, это было пару раз. Чтобы с горячей головой не наговорить лишнего. Хотя наверно, это глупо — пытаться не оскорбить человека, который не особо пытается беречь твои чувства…

— Об этом я не думал… Может, и глупо, но лучше, чем потом винить себя за слова, которые в спокойном состоянии не сказал бы.

— Да. Хотя кое-кто сказал мне, что выходит, будто в обычном состоянии ты скрываешь свое истинное отношение к человеку рядом, раз боишься что-то сказать в порыве откровенности.

— Это не истинное отношение — это естественное желание одержать верх в схватке, а для этого любые методы подходят, когда голова горячая. Если нападает мужчина, можно использовать кулаки, если женщина — нельзя, остаются слова, которые больно ранили бы ее, если бы были произнесены.

— Хорошо сказано.

— Ты сказала «это было пару раз» — а в остальное время что?

— Что в остальное время?

— Ну, пару раз выходила гулять, чтобы остыть во время ссоры, а в остальные ссоры?

— А… да не было остальных.

Алекс недоверчиво поднял бровь:

— Не было?..

Кристина слегка улыбнулась:

— Наверно, у меня еще не было серьезных отношений, чтобы дело дошло до претензий. Да и несерьезных-то было раз-два и обчелся…

Алекс не поверил. Красивая, неглупая, не истеричная… Это ломало его взгляды на женщин. Нет, что-то с ней не так, что-то должно быть не так…

Но и к ночи, когда они выпили значительно больше и обсудили немало тем, он не обнаружил в девушке ничего раздражающего. Он отдавал себе отчет в том, что его начало тянуть к ней, но списал это на алкоголь в крови и злость на Элину. «Она хороша, очень хороша, вот если бы еще узнать про подводные камни…»

— Надо… домой, — прервал его мысли ее голос.

— Я вызову такси, — не без огорчения ответил он. И, не сдержавшись, добавил, — Не хочешь как-нибудь выпить кофе?

Кристина подняла на него уставшие глаза, пару секунд подумала, затем почти незаметно мотнула головой:

— …нет.

Перейти к первой главе

Читать еще:

Понравилась статья? Поделись ею в соцсетях!

Добавить комментарий
:) :D :( 8O 8) :lol: :x :P :cry: :evil: :wink: :idea: :arrow: :|